БИЛИНГВИЗМ НАЧИНАЕТСЯ ДОМА

«Билингвизм начинается дома»… Хотела бы рассказать об опыте развития моих детей: девятилетнего сына и полуторагодовалой дочери.

 

Начну с Елисея. Называть его билингвом пока рано, хотя он может сам читать, узнавать новые слова, но у него пока не выработался «автоматизм» в русском языке, а в РЖЯ у него хорошо получается строить высказывания.

После рождения сына для общения я всегда использовала жесты. Дактилологию я ввела, когда ему было два года, и он неплохо считывал с моих рук слова русского языка, но при условии знакомства с соответствующей лексикой на жестовом языке.

Ужас начался, когда сын в 2 года 8 мес. пошел в детский сад, там меня попросту унижали: «Ой, ваш сын не понимает мою речь (речь педагога), а он еще и машет руками, какой кошмар!». И это в специальном детском саду, куда ходят глухие дети…

Развитие сына в детском саду, на мой взгляд, как бы замедлилось, так как именно сурдопедагоги тормозили его стремление к новым словам в своей погоне за устной речью. Елисей, правда, был в то время практически немым из-за отсутствия речевой среды дома, но при этом имел приличный активный и пассивный словарный запас на РЖЯ, владел дактильно лексикой русского языка. Сурдопедагоги это не учитывали, у них был принцип: «НЕ ДАВАТЬ новые темы, пока он НЕ ВЫГОВОРИТ побуквенно слова». Из-за этого я стала чаще читать ему книги дома, точнее, рассказывать с помощью РЖЯ, учила его считывать с губ через игру-угадайку. Я водила его к другому сурдопедагогу на дом, та подсказывала, что надо просто много ему рассказывать и чаше спрашивать его с использованием фраз русского языка. Сын, правда, не мог отвечать, напрягался, и я стала вводить «кальку», но, похоже, немного в этом запоздала, хотя определенный толчок был. Я продолжала много рассказывать, обсуждать с ним разное и верить в то, что сын впитает все как губка. И, правда, к четырем годам произошел «словесный взрыв»: он стал активно спрашивать. Я благодарна Н.А. Чаушьян, которая сказала мне: «Раз он внимательно слушает, воспользуйся этим – рассказывай, спрашивай, добейся, чтобы он задал вопрос: «Почему?».

Дети в пять лет должны знать содержание популярных сказок, рассказов. Это относится и к глухим! Им можно все это рассказывать. Но глухие мамы почему-то считают, что глухие дети в 4-5 лет должны САМИ читать, и при этом вздыхают: «Мой сын/дочь, к сожалению, не умеет». Слышащие дети читают к 5-6 годам, при этом на слух знают содержание многих сказок, знают много слов. А глухих почему-то заставляют читать по табличкам аж в три года, это просто садизм какой-то, да как они могут читать, если не знают значение самого слова! Неудивительно, что много детей не любят читать, имея отвращение к чтению – в этом, в целом, вина детских садов. Точно так же многие дети терпеть не могут невкусную детсадовскую манную кашу с комочками из столовой, которую заставляют съесть до конца. Потом некоторые с трудом начинают есть другие каши и даже любят их, так и – с чтением. Уже после того, как научились читать… но до этого еще много воды утечет.

К чему я говорю об этом? Потенциальный билингвизм глухого ребенка в детских садах игнорируется, отсюда вытекает проблема низкого старта в развитии ребенка. А глухие мамы почему-то ждут чуда и ничего не предпринимают до поступления в сад. Дома даже не читают своим детям сказки, не рассказывают на РЖЯ, не стараются дактилировать без табличек слова для постепенного знакомства с русским языком, то есть, сами не пытаются развивать билингвизм. Или хотя бы обогащать общение на РЖЯ, стимулируя у детей развитие мышления… Я была свидетелем того, как родители зачастую отмахиваются от своих детей(!), которые спрашивают их: «почему?» Для родителей этот вопрос может казаться ерундовым, но это не так для ребенка, для него ответ может стать откровением.

Мне также обидно, что сын развивался только на той базе, которую мы сами с мужем дали ему, и только от нас, родителей, он познавал небольшую часть богатства русского языка.

Еще один момент: в сентябре 2019 года Елисей пошел в 3 класс неделей позже – в связи с семейным отдыхом на острове Крит (Греция). Вот однажды, после занятия с дефектологом (короче, с педагогом по слуховой работе, так привычнее называть), она мне восклицает: «Твой сын рассказывает о Кносском дворце и о Минотавре! И он рассказывает, как Тесей спас Ариадну. Какой высокий интеллект у вашего сына!» Я обрадовалась от такого комплимента? Нет, это меня рассердило очень, почему же все поголовно считают, что глухие дети не понимают ничего и не могут узнавать про историю и мифологию Древней Греции вне школы? На Крите сын спросил, что означает летающий человек на росписи одного дома, я не стала отмахиваться и говорить: «Нет, тебе рано, узнаешь из учебников истории в 6 классе!» Надо рассказать здесь и сейчас про Дедала и Икара. Глухие на РЖЯ могут наравне со слышащими узнавать очень многое. Но еще живы предрассудки: «О, не говорит, машет руками, значит, не мыслит и не развивается»!

Не развит тот, кто не используют все ресурсы для получения полноценной информации извне, пусть это РЖЯ вкупе с русским языком в форме «кальки»: мы же потом в жизни информацию получаем из текстов. Я имею в виду такой порядок: читаем вместе с ребенком на КЖР, проверяем понимание смысла слов, потом, отталкиваясь от «кальки», даем объяснение на РЖЯ, чтобы были полностью понятны фразы русского языка.

Настал черед рассказать о моей дочери Есении. В роддоме она прошла аудиометрический тест, и меня насторожили слова медсестры, что дочь «слышит»: похоже, не хотела огорчать меня и сказала, что она тест прошла. Дома проверила реакцию дочки. Не слышит. Позже я начала болтать с ней, благо сын быстро подключился, начал активно рассказывать ей сказки, знакомить с лексикой на ЖЯ, терпеливо ждал, пока сестренка не остановит взор на своем брате. Постепенно налаживался визуальный контакт, и Есения с семи месяцев очень любила сидеть за общим столом и смотреть на нашу семейную беседу. Первый ее жест был ПТИЦА. В активе к полутора годам у дочки было где-то 75-80 жестов, а в пассиве намного больше, не сосчитать.

Теперь мы все радуемся пополнению ее лексики глаголами: спит, прыгает, ест, плачу, просит пить, дай; она начинает показывать СПАСИБО и ПОЖАЛУЙСТА, есть вопрос ГДЕ? А Есении сейчас только 1 год 7 месяцев.

 

 

Я решила с ней общаться немного по-другому, как со слышащей: чаще спрашивать, отвечать за нее, читать книги на ЖЯ. Есения – отличный слушатель и потом, после одного года, мне легко было позвать ее и сказать ей что-то. Я заметила: у нее развитое периферийное зрение, она любит сидеть спиной ко мне, хотя она не слышит… Спросила, например: «Что девочка делает?», указав на картинку. Еся ответила: «Спит». И так пошло-поехало. Начала было говорить с голосом, но видя, что она не понимает речь, спрашивала на ЖЯ, и она отлично справлялась с вопросами. Этим мы развеиваем миф, что глухих надо развивать только, когда настроят слуховые аппараты, пока они не услышат барабанный стук или звон колокольчика. Нельзя развивать мышление только на остаточном слухе, ведь можно потерять драгоценное время на ОБЩЕНИЕ и познание окружающего мира.

Однажды мы были на занятиях у сурдопедагога, она была просто поражена усидчивостью моей дочери в год и три месяца. Она спокойно сидела где-то полчаса и интересовалась играми на слух, педагогу хотела определить способность Есении распознавать речь на слух, когда ей говорили «мяу» и «гав». Есения, конечно, не сразу отреагировала, незнакомый же перед ней человек, но я спросила ее на ЖЯ (с голосом для специалиста): «Где кошка и собака?» Еся моментально указала, и по завершении занятия дочка подошла к полке с игрушками и взяла резиновую белку. Я сказала дочке на ЖЯ: «Это белка, смотри у нее длинный хвост!» Потом я взяла зайку: «Вот у него короткий хвост», и шутливо спросила, а у мамы есть? Есения улыбнулась и подошла ко мне сзади, развела руки, мол, нет у мамы хвоста. Специалист была ошарашена, как это она понимает

про хвосты? «И вы так на жестовом языке всегда?» И заметила коротко, что я загружаю ребенка. Подождите?! Нагружаю ее информацией???

Эти слова запали в сердце. До чего же несовершенна у нас сурдопедагогика, раз она не исследует другие возможности развития ребенка на базе первого языка с целью развития раннего билингвизма! По идее сурдопедагог, владеющий ЖЯ, мог бы помочь и детям, и неопытным родителям вводить и пополнять словарный запас в русском языке с учетом потери слуха: есть же слабослышащие дети, но они ведут себя, как глухие.

Как-то я выложила ролик в Инстаграме, где моя дочка отвечала на мой вопрос: сколько ей лет? Там она сказала на РЖЯ: 1 ГОД. Ка-ак? Это так рано, как выучила?! Но это не учеба и не занятия, это просто ОБЩЕНИЕ, которое началось спонтанно во время чтения. На рисунке в книжке был торт с 4 свечами, я объясняю: «Вот, этой девочке 4 года, а тебе 1 год». Так зародился вопрос. Потом спрашивала: «Она мальчик или девочка?» После этого ролика глухие мамы начали своим детям, ровесникам моей дочери, тоже задавать такие вопросы. Вот это правильный подход к введению языка, но я прошу не забывать и про русский язык, в нашем случае, дактилологию. Если билингвизм дома развивается успешно, то легче проводить исследования раннего билингвизма у детей и, соответственно, развивать сурдопедагогику.

Сейчас многие родители начинают «кричать» о РЖЯ, но при этом забывают про русский язык. Зачастую сами глухие не проводят четкую границу между этими языками, и вот результат: некоторые уже обвиняют РЖЯ в том, что он испортил ребенка, в том, что он не умеет читать, не понимает слова. Но чего можно ожидать, если дома даже не постарались ввести русский язык через дактиль и немного «кальки», чтобы ребенок четко понял разницу между фразами на РЖЯ и словесном языке, например, если жестами сказать ХЛЕБ БЕЛЫЙ МАМА КУПИТЬ ВСЕ, то на русском языке это правильно будет звучать как «Мама купила белый хлеб». Если ребенок четко разделяет это, тогда его точно можно назвать билингвом.

Но большинство глухих родителей сами плохо знают русский язык… Вот тогда возникает другой вопрос: как организовать ликбез для этих малограмотных родителей (они же – жертвы сурдопедагогики), как научить их русскому языку, чтобы прервать этот замкнутый круг.

Отмечу еще раз, мы живем в России, в окружении текстов на русском языке, следовательно, билингвизм надо начинать дома, через освоение родителями русского языка, а не ждать чуда от «специалистов» в учреждениях. Они до сих пор, к сожалению, видят возможность овладеть русским языком только на основе остаточного слуха, а глухим трудно поспорить с этим, ведь они сами зачастую не могут двух слов связать грамотно.

Родителям нереально быстро превратиться в асов русского языка, но надо хотя бы попытаться донести до специалистов мысль, что они обязаны понимать глухих детей, должны помогать им осваивать русский язык, опираясь на ЖЯ. У нас же сурдопедагоги требуют исключительно, чтобы глухие дети понимали их голосовую речь. Мы все должны, по их мнению, чуть ли не с рождения говорить и говорить, а когда же дети будут постигать мир, мыслить, мечтать?!

Глухой ребенок – в первую очередь, просто ребенок, только немного другой. Надо верить в потенциал всех глухих детей, верить в их возможности стать грамотными, высокообразованными людьми. Родители, помогите детям! Уделяйте им внимание каждый день. Только постоянные занятия с ними дадут результат!

Екатерина Савченко

Для ВЕС https://voginfo.ru/zhurnal-ves/